Нашли ошибку? Ctrl/Cmd+EnterНашли ошибку?
Ctrl/Cmd + Enter

Научи меня, Боже, любить…

Протоиерей Артемий Владимиров

Часто можно встретить людей, которые, оглядываясь назад, вспоминают о своей юности, об атмосфере любви в отчем доме как о чем-то безвозвратно ушедшем. Многие признаются, что жизнь их если не сломала, то искалечила. Воскресающие в памяти картины далекого детства, когда все было так светло, так прекрасно, когда общение с людьми нас радовало, согревало нашу душу, — это то, что уже никогда не придет, не повторится.

Неужели действительно так устроен мир, что мы от лучшего изменяемся к худшему? Сначала находим жемчужину, а потом теряем ее навеки в пыли и прахе страстей… Нет, конечно же мир не так устроен! Но само нравственное чувство, само стремление быть проще, лучше, чище и добрее — которое, надеюсь, ощущают все наши читатели — это Божий дар.

И таким же даром является подлинная любовь. Ни в коем случае нельзя терять это светлое, мирное, радостное состояние, свойственное верующим людям и добрым детям. Это не влюбленность — нечто мимолетное, нахлынувшее, а потом исчезнувшее, растаявшее, словно предрассветный туман, который исчезает, когда день вступает в свои права… Чистый сердцем человек умеет радоваться наступившему дню, улыбкой встречать людей; он по капле собирает любовь и возрастает в ней. Вот о таких людях мы говорим как о гармоничных, цельных натурах.

Что для цветка теплые солнечные лучи, которые приносят жизнь то для подлинной дружбы и настоящей любви Бог. И если в сознании любящего меркнет вечное Солнце Любви — Христос, человеческие чувства, сами по себе прекрасные, неизбежно омрачаются, скудеют. Душа, в конце концов, может ощутить страшную пустоту и уже не сумеет удовлетвориться общением, которое, кажется, еще вчера приносило столько радости. Отвернувшись от Бога, мы теряем разумение истинной дружбы и любви. Когда мы слишком сильно привязываемся к человеку, которого любим, он может заслонить нам Христа Спасителя. И тогда симпатии переходит в антипатии, тогда наша дружба рискует, словно судно, наткнуться на опасный риф — чувство собственничества, желание обладать, владеть другим. Здесь начинается истинное мучение, «мильон терзаний». Мы никогда не насыщаемся минутами и даже часами пребывания в обществе дорогого нам человека, потому что хотим присвоить то, что является собственностью Единого Бога.

Как важно, чтобы наши дети, вступив в отрочество, не были изуродованы грубыми страстями, но берегли сердечную чистоту — дабы никогда Солнце Любви, Христос, не зашло в их душах! Мы — родители, воспитатели, старшие — должны сами уметь любить и учить любить наших детей, чтобы они могли с радушием подать милостыню, стремились бы вместе с нами посетить болящего, почитая подобный визит самым важным и ответственным для себя делом… Мы призваны, день за днем вкладывать любовь в детское сердце, чтобы лампада этой христианской добродетели, едва затеплившись, уже никогда не погасла бы от ветра похоти, себялюбия и эгоизма.

Не оттого ли дети такие шаловливые, непоседливые, — а некоторые бывают и нервными, пугливыми, неуравновешенными, — что мы учим их чему угодно («обкармливая» их своей не слишком мудрой взрослой любовью), но не учим их любить, не взращиваем в них этого ростка; может быть, потому, что сами не знаем, как это делать… Поэт сказал:

Люби безмерно, беззаветно,
Всей полнотой душевных сил,
Хотя б любовию ответной
Тебе никто не отплатил.

 

Таким образом, любовь — это нечто бескорыстное, нечто делающее человека подобным Богу…

Но не будем обольщаться, друзья. Не будем думать, что если мы действительно изберем любовь своей путеводной звездой, нас поймут в этой жизни, оценят и похвалят, напишут наши имена на скрижалях истории. Не будем думать, что потомки поклонятся нам низко… Крест Иисуса Христа свидетельствует, что истинная любовь в этой жизни часто бывает непонятой, оболганной, ее распинают, от нее отворачиваются в негодовании, на нее клевещут. Человеку, идущему стезей любви Евангельской, дарует Свою поддержку Единый Господь, исполняя сердце усердного христианина духовным утешением. Великое благо — видеть над собой духовное небо и пребывать в живом общении с угодниками Божиими, каждый из которых одержал победу над рознью мира и усовершенствовался в любви. Утешают нас и сродники, души которых, как звездочки, мерцают над нашими головами, следят за нами из вечности, молятся за нас. С ними мы обретем, если только донесем свечу веры и любви до могилы, вечный и нетленный союз.

На этой ноте мне хотелось бы завершить духовное и лирическое размышление о любви: потому что там, где любовь, — там Бог, там земля смыкается с небом, вечное со временным, а сама жизнь наша становится раем, поставляя пред Престолом Всевышнего, имя Которому — Любовь.

На изображении картина Т. Балыбиной
Нежность. Балыбина Татьяна
декоративная горизонтальная черта
Глава из книги «Любовь и вера»