О спасительном призывании имени Господа Иисуса

Проповедь о молитве Иисусовой. Молитва Иисусова дана нам для того, чтобы возвратить нам духовное здоровье, сделать нас мягкими, терпеливыми, кроткими, склонными к самоукорению.

00:14:59
О спасительном призывании имени Господа Иисуса
Протоиерей Артемий Владимиров

Поздравляем с завершением литургии и причащением Святых Христовых Таин.

После праздника Святой Троицы евангелистом Матфеем возобновляется круг литургических евангельских чтений.

Не всякий, говорящий Мне: "Господи! Господи!", войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного.

Многие скажут Мне в тот день: Господи! Господи! не от Твоего ли имени мы пророчествовали? и не Твоим ли именем бесов изгоняли? и не Твоим ли именем многие чудеса творили?

И тогда объявлю им: Я никогда не знал вас; отойдите от Меня, делающие беззаконие1.

И сегодня Спаситель возвестил важнейшую истину: «Не всякий, говорящий Мне: “Господи! Господи!”, удостоится спасения, но лишь тот, кто, делая это, будет исполнять волю Небесного Моего Отца. И в страшный час Суда Господня найдутся те, кто скажут: “Не Твоим ли именем, Господи, мы пророчествовали, изгоняли демонов, свершали чудеса?” Но Я в ответ им изреку: “Отойдите от Меня, не знаю вас, делатели неправды”».

Над этим евангельским словом, конечно, стоит подумать, потому что слово «Господи» у нас всего чаще на устах. И уж конечно, для церковных людей совершенно нетерпимо использование его в качестве присловья. Хотя иногда, как ни огорчительно, это можно услышать: «Господи, да откуда же я знаю! Господи, ну сколько это может продолжаться!» Конечно, всякий из нас должен бы твёрдо выучить заповеди Моисеевы и, в частности, третью из них: «Не произноси имя Господа Бога твоего всуе, ибо не оставит без наказания Господь делающих сие»2. Кажется, один раз услышишь эту заповедь: «Не оставит Господь без наказания делающих сие» – и уже никогда с уст твоих не сорвётся: «Ой, Господи ты Боже мой», никогда. А наказание уже в этой жизни происходит, когда человек в молитве своей никак не может обрести ни внимательности, ни участия сердца, не говорим о получении просимого.

Для иночествующих сегодняшнее евангельское чтение имеет особенную важность, потому что, свершая постриг над принимающим ангельский образ, лицо постригающее вручает четки с повелением само дыхание соединить с именем Господа Иисуса Христа. Молитва Иисусова является душой христианской жизни вообще и монашеской в частности. И вдруг мы в Евангелии слышим совершенно невероятное, даже озадачивающее нас:

«Твоим именем бесов изгоняли, пророчествовали, чудеса свершали..»

«Отойдите! Не знаю вас, делающих беззаконие».

Нужно вникнуть в эти слова, потому что, очевидно, молитва Иисусова не только должна быть свершаема нами с посильным вниманием, благоговением, сознанием своего недостоинства, как писали иные благоговейные подвижники: «Господи, кто я, что дерзаю нечистыми устами своими произносить Твое святое имя?». Или, как мы в завершение Божественной литургии, прежде чем призвать Небесного Отца, говорим: «И сподоби нас, Господи, со дерзновением неосужденно смети призывати Тебе, Небесного Бога Отца и глаголати», – тоже вдуматься в этот возглас хочется. 

Каким же образом человек, призывающий Господа Иисуса Христа и убеждающийся в том, что это имя чудотворно, через него Божественная благодать свершает непостижимые действия – отгнание демонов от людей, какие-то сверхъестественные события, какие-то прозрения, превышающие человеческий рассудок, – каким образом такой человек может быть отвергнут Господом?

Спаситель, конечно, говорит о том, что молитва Иисусова – это обоюдоострый меч, который должен исходить из сердца, объятого совершенно особым настроением и чувством: жертва Богу дух сокрушен, сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит3. И действительно, молитвенное делание прививается душе только тогда, когда она радеет о стяжании всех Христовых добродетелей. Не в одной молитве полагает тайну своего спасения, но в покаянии, очищении от грехов и страстей, искоренении злых и дурных привычек, которые есть у каждого из нас, и насаждении вместо этих злых навыков благих качеств и свойств.

Скажем, человек привык всех и вся вокруг себя пересуживать мысленно, везде он видит недостатки, всё его раздражает, всё не так, не по нему, против шерсти. «Любви нет, – известная песня, – жестокосердие, темнота, ограниченность, гордость, подальше бы держаться от этих существ с лицами человеческими, а на деле они недочеловеки, “недоделанные”...» Знаете такое слово? И конечно, желание быть в раю в полном уединении, уж надеясь, что «вот этой гражданки там рядом со мной не будет». И нам, конечно, тотчас становится ясно, что такое богопротивное, более того, боговраждебное состояние, безусловно, не может породить богоугодной молитвы.

И поэтому, если мы желаем стяжать молитву, если мы хотим, чтобы она привилась нам вместе с дыханием, то прежде обращения к Богу или одновременно с этим обращением мы призваны насаждать в душе решительное неосуждение, милование, прощение, снисхождение, сострадание, сопереживание. Как прекрасно говорят святые отцы: видишь брата (или сестру, в нашем случае) – человека, находящегося в состоянии падения – восплачь о нём. Ибо вот образ Божий уничижён, он опутан по рукам и ногам страстями гордости, гневливости, уныния – тяжелейшее состояние. Восплачь о нём, потому что Христос пришёл в этот мир, чтобы уврачевать раны душ человеческих, а тот и не печётся, и не понимает даже, что́ ему нужно получить от Христа. Так мать плачет о сыне пьянице, игромане, разбойнике, погрязающем во страстях.

И, чтобы не затягивать наше сегодняшнее размышление, скажем: из Евангелия мы понимаем, что, молясь Господу Иисусу Христу, совершенно неправильно искать каких-то состояний, настроений, совершенно немудро и богопротивно просить чего-то такого высокого, но молитва Иисусова – мы ведём сегодня речь о призывании имени Иисуса Христа, – и дана нам для того, чтобы возвратить нам духовное здоровье, чтобы сделать нас мягкими, терпеливыми, кроткими, склонными к самоукорению. Как говорят, первый признак преуспеяния твоего молитвенного подвига – это восприятие людей как ангелов Божиих, когда все вдруг вокруг тебя становятся чистыми, светлыми или, как мы говорим, милыми, замечательными, когда мы радуемся тому, что вокруг нас люди, а не звери и не ядовитые насекомые. Когда мы спешим помолиться, поприветствовать, поздороваться, пожалеть, слово доброе сказать, поддержать. Словом, соприкосновение с людьми вызывает у нас положительные, позитивные эмоции: «Какая радость, что я увидела тебя сегодня, дорогая Пульхерия! Для меня сегодня счастливый день, ты попалась мне по дороге в туалет, дорогая Синклитикия!»

И когда человек действительно нелицемерно вот так будет обращаться с людьми и будет делиться с ними сердечным теплом, во всяком случае будет с удовольствием носить бремена друг друга, принимать человека с его ограниченностью (а мы сами кто такие?) – это значит, что Христос приблизился к нашему сердцу, и наше обращение к Нему: «Господи Иисусе Христе, Боже, Сыне Божий, помилуй мя, грешную!» действительно достигает своей цели.

Один из современных духовных писателей, в заключение скажем, говорит, что, произнося эту молитву: «Помилуй мя, грешную», ты должна понимать, что ты молишься не только за себя, но за весь человеческий род, за всех людей, которых ты видишь и не видишь. Потому что, как мы иногда говорим, человеческая природа единая у нас в Адаме. Только кажется, что она рассечена на индивидуальности, но во Христе, в Церкви эта рассеченная грехом природа соединяется. И поэтому даже не обязательно говорить: «Помилуй нас, грешных – мою внучку, друга моей внучки, помилуй мою соседку, которая за стенкой полвторого начинает мыть чашки и ложки». А достаточно говорить «помилуй мя, грешную», и в это слово «грешную» включить всех – болящих, страждущих, умирающих сестёр и братьев во Христе, патриарха и, конечно, батюшку Артемия. Аминь.


1 Мф. 7, 21 – 23.
2 См.: Исх. 20, 7.
3 Пс. 50, 19.
На изображении: икона Дионисия
Дионисий, Спас в силах, 1500 г.
декоративная горизонтальная черта
Проповедь