Нашли ошибку? Ctrl/Cmd+EnterНашли ошибку?
Ctrl/Cmd + Enter

Памяти священника Дмитрия Смирнова

В программе «Светлый вечер» на радио «Вера» – воспоминания о жизни и служении отца Дмитрия Смирнова. Об отце Димитрии можно прочитать в Книге Откровения: «И дела их идут вслед за ними».

00:17:53
Памяти священника Дмитрия Смирнова
Протоиерей Артемий Владимиров

Ведущий: Алексей Пичугин

А. Пичугин

– Дорогие слушатели, здравствуйте. Меня зовут Алексей Пичугин, наша программа называется «Светлый вечер». Сегодня он окрашен в такие печальные тона: ушёл из жизни отец Дмитрий Смирнов, человек, который прослужил в Церкви. И во многом, наверное, наша Русская Православная Церковь последних десятилетий связана с его именем, окрашена его выступлениями, его проповедями, его служением. Сегодня наша программа не совсем в обычном формате: мы поговорим с людьми, которые хорошо знали отца Дмитрия Смирнова, которые служили вместе с ним, которые в свое время начинали служить, наверное, вместе с ним. Сейчас с нами на связи протоиерей Артемий Владимиров, духовник Алексеевского женского монастыря в Москве. Отец Артемий, здравствуйте.

о. Артемий

– Здравствуйте, здравствуйте, дорогие друзья.

А. Пичугин

– Вы служите, наверное, почти столько же лет, сколько отец Дмитрий. Вы были с ним знакомы на протяжении десятилетий. Вы можете вспомнить, как состоялось ваше знакомство, при каких обстоятельствах? И какой была Церковь в то время, куда Вы пришли, куда пришёл отец Дмитрий?

о. Артемий

– Отец Димитрий Смирнов ровно на десять лет старше меня. Молодым человеком, студентом Московского университета, филологом, начав по воскресным дням ходить в храм, я очень внимательно присматривался к пастырям, постольку поскольку священство уже тогда воспринимал, как призвание, выше которого на земле нет ничего. И число священников, приковавших мое внимание, может быть, поразивших мое воображение, помимо ещё тогда молодого иерея Владимира Воробьева, иерея Аркадия Шатова…

А. Пичугин

– Всем им тогда было где-то около сорока. 35, 40 с небольшим, вот так вот.

о. Артемий

– Да, было, чуть меньше был отец Димитрий Смирнов, высокого роста, богатырь, он мне казался светорусским богатырем: льняные длинные волосы, ниспадавшие до плеч, офицерский ремень на подряснике, офицерские сапоги, стать, разворот плеч, ясный голос, прямой взгляд. Он тогда служил в маленьком Крестовоздвиженском храме на Алтуфьевском шоссе, и я помню до отказа набитый храм, полный людей всех званий и состояний и огромного количества молодежи в дни, когда батюшка скромно, с достоинством, с чувством, с толком, с расстановкой совершал службы и всегда проповедовал.

А. Пичугин

– Он не был настоятелем при этом в те годы?

о. Артемий

– Нет, не был, он был вторым священником.

А. Пичугин

– Но ехали к нему, я вот знаю те истории, как люди, московская интеллигенция со всего города, из области приезжали в этот маленький храм.

о. Артемий

– Конечно, потому что батюшка говорил совершенно удивительное слово, слово простое, но от сердца, а главное, совершенно искреннее, пронизанное любовью ко Христу. Говорил для себя, говорил для нас и поэтому трудно было переоценить значимость этих слов и трудно было оценить воздействие этого слова, совершенно наполнявшего сердце и просвещавшего ум.

А. Пичугин

– А как вы лично познакомились?

о. Артемий

– Конечно же, на исповеди. Студентом я чувствовал глубокую потребность в частой исповеди и могу вам рассказать один случай, который уже даже описал в книге, названной мной «Священство»: поздно вечером отец Димитрий на всенощной и после нее исповедовал народ, я не спешил, мне хотелось выговориться, и вот уже одним из последних я подошел ко кресту и Евангелию. Батюшка, который не подавал вида, что он устал, что он голоден, терпеливо, со свойственной ему рассудительностью выслушивал исповеди и хорошенечко поисповедовавшись, со стыдом обличив свои какие-то дурацкие грешки и постыдные помыслы я, удовлетворенный, облегченный исповедью, выхожу из храма. Уже сторож запирал дверь храма и по пути к автобусной остановке, последний автобус, вдруг меня ошпарил такой помысел: а почему это отец Димитрий так с нами возится, с птенцами, у которых желтые клювы, зачем ему все это? Между прочим, на той же всенощной батюшка говорил уже вечером: «Не думайте, что нам будет позволено беспрепятственно вот так вот после служб с вами беседовать, и обком (еще тогда были обкомы) может взяться за былую свою практику, будем готовы пожертвовать чем-то ради благочестия». А тут помысел: почему же ему позволяют так вот вечерами оставаться с людьми, ведь ещё у всех на памяти был пример отца Димитрия Дудко, который, как медведь…

А. Пичугин

– … публично каялся потом.

о. Артемий

– Я имею в виду не драму отца Димитрия, а то, что он, как медведь, был обложен милицией, когда общался с молодежью. И вот меня пронзил такой помысел: «Наверное, отец Димитрий причастен к каким-то спецслужбам (не будем называть эти три буквы: «контора глубокого бурения»), поэтому они ему и дозволяют приманивать молодежь». Я ужаснулся этому помыслу, назвал себя неблагодарной гадиной. Да что же это такие за мысли – нашего батюшку, который жертвует собой, вот так вот подозревать невесть в чём?.. Но, с другой стороны, как же я буду причащаться, уязвившись подобной мыслью? И побрёл назад. Сторож уже запирал было храм, хотя батюшка не успел выйти из алтаря.

– Что тебе нужно?

– Да вот, мне срочно надо кое-что рассказать отцу Димитрию.

– А что так? Ну, пожалуйста.

Отец Димитрий уж был в пальто: «Артемий, ты чего здесь делаешь?» – спросил он в свойственной ему манере.

– Батюшка, у меня помысел, который я обязательно должен Вам исповедовать!

– Какой помысел?

– Мне нужно у креста и Евангелия раскрыть Вам этот помысел.

– Ну хорошо, секунду.

Он облачается в епитрахиль, надевает поручи, склоняет ко мне свою могучую главу.

– Ну, говори твой помысел.

– Батюшка Димитрий, у меня помысел, что Вы в КГБ работаете!

Он отпрял, посмотрел на меня, улыбнулся в свойственной ему добродушной манере, говорит: «Ну, Артемий, ты даёшь! Бог простит тебя!»

Вот так я с ним и познакомился, почувствовав в нём действительно отца родного, искреннего, которому не страшны были никакие наши глупые помыслы.

А. Пичугин

– Вы часто общались последние годы?

о. Артемий

– Да, конечно, потому что отец Димитрий был моим начальником по Ракетной академии войск стратегического назначения. Он был деканом факультета, а я его заместителем. Поначалу мы вместе встречались там на беседах, на лекциях. Ну а став молодым священником, готовя храм Всех Святых к первой литургии, я, наверное, несколько месяцев приезжал к батюшке в храм Митрофана Воронежского, а потом, кажется, Благовещенский храм, и исповедовал по воскресным дням, и причащался с ним Святых Христовых Тайн, прежде чем уже стал служить Божественную литургию у себя.

В последние же годы мы с батюшкой пересекались, как правило, на телеканале «Спас», вели вместе Пасхальные, Рождественские передачи, которые пришлись, я знаю, по вкусу нашим слушателям и зрителям. Ну и, конечно, на всевозможных конференциях, встречах. И всегда отец Димитрий будил народ. Чуждый официоза, формализма, елейности, он всегда так раскрывал тему, что ясным умом и сердечностью приобретал себе друзей из числа врагов. Точнее, не себе, но Церкви Божией.

А. Пичугин

– Я представляю, что нас сейчас слушает достаточное количество прихожан отца Димитрия, людей, которые вас тоже, я думаю, прекрасно знают. Кто не знает отца Артемия Владимирова? Но я думаю, важно было бы сейчас обратиться Вам к тем людям, которые действительно были очень близки отцу Димитрию, кто считает себя его духовными чадами, к людям, которые каждое воскресенье приходили в храм, где он служил, были с ним рядом. Что бы Вы им сейчас сказали, людям, которые вмиг осиротели? Я хорошо представляю это состояние и даже, наверное, после Ваших слов расскажу свою небольшую историю, связанную, в том числе, и с отцом Димитрием.

о. Артемий

– Дорогие мои друзья, дорогие чада Божией Церкви! Дорогие осиротевшие птенцы Благовещенского храма! Духом мы чуем и знаем, и верим, что Воскресший Христос благодатью почивал в сердце незабвенного батюшки. Его переход в мир иной, конечно, ведом был Провидению изначала. Мы всё понимаем, но сердцу трудно принять уход такого сильного, крепкого, красивого, утверждённого в вере и любви ко Христу пастыря. Однако мы верим, что его служение Церкви Божией не завершено. Связь между живущими и усопшими неразрывна для тех, кто верит в Воскресение Христово, и я убеждён, что любящие отца Димитрия сердца будут шестым чувством осознавать, ощущать его присутствие, его руководство, его молитвы, и посему, вникая в Священное Писание, будемте назидать себя словом апостола:

Поминайте наставников ваших, которые проповедывали вам слово Божие, и, взирая на кончину их жизни, подражайте вере их.1

Взирая на кончину наставников ваших, назидайтесь, поминайте наставников ваших для того, чтобы они приняли вас в вечные обители, когда и ваш жизненный подвиг подойдёт к последнему испытанию, именуемому переходом от земной жизни в вечность.

А. Пичугин

– Спасибо большое за эти слова, отец Артемий. Я напомню, что сейчас мы в нашей программе вспоминаем отца Димитрия Смирнова, и это было воспоминание и такое напутствие, наверное, друга и сослужителя отца Димитрия, протоиерея Артемия Владимирова. Спасибо большое, отец Артемий.

о. Артемий

– Взаимно, да упокоит Господь душу протоиерея Димитрия и его святыми молитвами укрепит и поддержит всех тех, кто сегодня безутешно скорбит.

А. Пичугин

– Я хотел бы поделиться небольшим своим воспоминанием. Я не был очень близко знаком с отцом Димитрием, но когда-то, когда я сознательно пришел в Церковь, много лет назад, я случайно попал в один небольшой подмосковный приход неподалеку от Подольска. Ничего случайного, наверное, не бывает, в этом есть какой-то глубокий смысл. Но вот чисто внешне это казалось совершенно случайным: я шёл и вот зашёл в церковь, которую вроде давно знал, в которую никогда у меня особого желания заходить не было. Но вдруг я проснулся с этим желанием, и так я в этом храме оказался на службе, а потом остался на долгие годы, и там я нашел своего духовника, отца Александра Шумаева, уже больше 15 лет, как его на свете нет. Но выяснилось, что будущий отец Александр благодаря своей супруге в свое время пришел в Крестовоздвиженский храм в Алтуфьево в начале 80-х годов, где служил совсем молодой отец Димитрий. И вот, он был достаточно далек тогда от Церкви, будущий отец Александр, но под влиянием отца Димитрия, от общения с ним он решил креститься и крестился тогда же, в начале 80-х, и как-то очень быстро завертелась его церковная жизнь. Его достаточно скоро рукоположили, правда, не в Москве, а на Урале, под Екатеринбургом, где он служил тоже долгие годы, а потом вернулся в Москву, стал служить в Подмосковье, здесь мы уже познакомились. Но как-то вот отец Димитрий всегда звучал в его воспоминаниях. А когда отца Александра не стало, отец Дмитрий принимал какое-то деятельное участие в жизни его пожилой супруги, которая то отказывалась в больницу ложиться, то ещё что-то, и каждый раз отец Дмитрий ей звонил, уговаривал её, упрашивал, сам устраивал в хорошие больницы. В своё время он также нам помог. Когда умер, погиб отец Александр, мы очень хотели перевезти его друга сюда, к нам, в нашу общину с Урала в Москву и в Подмосковье, тогда это казалось, в те годы невозможным, все говорили, что ничего не получится. Мы поехали к отцу Дмитрию. Он ничего не обещал, но так случилось, что было понятно, что это его какое-то участие в этом случилось, что он в очередной раз нам помог. И это все те вещи, за которые я ему глубоко признателен и благодарен. Хотя повторюсь, что близко, лично мы с отцом Дмитрием знакомы не были.

о. Артемий

– Об отце Димитрии можно прочитать в Книге Откровения: И дела их идут вслед за ними2. И он не любил распространяться, что́ совершал во славу Господа, но после кончины все об этом заговорят, и в полной мере мы узнаем о круговой поруке добра, в центре которой стоял батюшка Димитрий. И ему уже эти разговоры будут не страшны, потому что Бог наградит его спасением там, за гранью земного бытия.

А. Пичугин

– Вы напомнили, отец Артемий, про людей, которым он помогал и которые об этом, может быть, сейчас расскажут, а может, не расскажут, но по крайней мере это всё было естественно, не явно, как, наверное, и должно быть у христианина. Я в «Фейсбуке» как раз в день смерти отца Дмитрия прочитал пост известной писательницы Майи Кучерской, и наших слушателей могу адресовать к этому посту, где она очень трогательно и пронзительно об этом впрямую пишет. У меня сейчас нет под рукой текста, я не буду цитировать, перевирая его, но призываю вас найти и прочитать, он того стоит.

Спасибо большое, мы продолжаем нашу программу. Напомню, что сейчас мы беседовали с отцом Артемием Владимировым, протоиереем, духовником Алексеевского женского монастыря в Москве.


1 Евр. 13, 7.
2 Откр. 14, 13.
На фото протоиерей Димитрий Смирнов, улыбается.
Протоиерей Димитрий Смирнов
декоративная горизонтальная черта